29.08.2017

Компания «Донстар» (входит в ГК «Евродон») и ТМ «Утолина» готовятся к IV Фестивалю русской утки и планируют установить новые рекорды для поклонников русской утки. В этом году это будет гигантский утник (по аналогии с русским курником) весом 870 кг и размером более 5 метров. А также будет дегустироваться ПЕРВАЯ гигантская утиная колбаса диаметром около 50 см и длиной более 5 метров.  

 

25.06.2017

Самые популярные рестораны России и Европы во главе со своими именитыми шеф-поварами с 22 по 25 июня 2017 года сталит флагманами фестиваля, чтобы выработать новые гастрономические тренды года. Юбилейный фестиваль Taste of Moscow в Лужниках стал настоящим праздником вкуса. А украсила его русская уточка Утолина)

Главная / Интересное об утке

Интересное об утке

Интересное об утке

« Назад

Тот самый Мюнхаузен?  30.06.2014 00:50

Тот самый Мюнхаузен?

Иероним Карл Фридрих, барон фон Мюнхгаузен, в русских документах Минихгоузин или Минигаузин, Hieronymus Karl Friedrich Freiherr von Münchhausen (нем.) (родился 11 мая 1720 в Боденвердере1, ныне федеральная земля Нижняя Саксония, Германия; умер 22 февраля 1797 там же) - германский дворянин2, состоявший в 1739-1754 на русской военной службе; затем помещик, известный как рассказчик небылиц. Его охотничьи байки дополнили собственными фантазиями и старыми анекдотами три разных автора - Бюргер, Распе, Иммерман. Благодаря сочинителям Мюнхгаузен еще при жизни получил прозвище "барон-враль", Lügenbaron (нем.); это немало отравляло его жизнь.

Происхождение и детство Иеронима фон Мюнхгаузена

Род Мюнхгаузенов известен с XII века. Предки Иеронима были ландскнехтами, собиравшими наемников для участия в многочисленных войнах XVI-XVII веков, и скопили значительное состояние. Около десятка замков Мюнхгаузенов находятся в долине Везера, в радиусе 30 км от города Хамельна, Нижняя Саксония.

Отец барона – Отто фон Мюнхгаузен – в молодости служил пажом у герцога Христиана в Ганновере, потом поступил в армию императора Священной Римской империи, затем в ганноверскую кавалерию, где дослужился до подполковника. В 1711 женился на Сибилле Вильгельмине фон Реден из Хастенбека (небольшое местечко в 15 км от Боденвердера). 13 мая 1720 года в Боденвердере, как свидетельствует запись в церковной книге, "Его Высокоблагородие подполковник фон Мюнхгаузен окрестил своего сына. Ему дано три имени: Иероним, Карл, Фридрих". Иероним вырос в усадьбе, главный дом которой построен еще в 1603.3

Паж

Антон Ульрих, портрет работы неизвестного художника. Масло, 1740. Музей в замке Мариенбург бай Нордштеммен
Увеличить

Антон Ульрих, портрет работы неизвестного художника. Масло, 1740. Музей в замке Мариенбург бай Нордштеммен

В 1724 отец умер, оставив 7 детей (младше Иеронима брат и 2 сестры). Не позднее 1735 Иероним был отправлен в замок Беверн к герцогу Брауншвейгскому (г. Вольфенбюттель). В книге пажей Беверна сохранился автограф Мюнхгаузена: «4 апреля 1735 Его Светлость Фердинанд Альбрехт милостиво зачислил меня к себе в пажи». Герцог Фердинанд Альбрехт II правил полгода, затем скончался, передав правление старшему сыну Карлу.

Младший брат Карла принц Антон Ульрих Брауншвейгский приехал из Вольфенбюттеля в Россию еще в 1733. Он был приглашен на русскую службу Минихом для организации в российской армии тяжелой кавалерии. Летом 1737 Антон Ульрих участвовал в штурме Очакова, один его паж получил смертельное ранение, а другой умер от болезни. Принц попросил старшего брата подыскать ему пажей.

Советник Эбен вместе с 2 юношами (фон Хойм и фон Мюнхгаузен) выехал из Вольфенбюттеля 2 декабря 1737. Секретарь брауншвейгского посольства в Петербурге доносил в письме от 8 февраля 1738: «Граф фон Эбен на днях прибыл сюда с двумя пажами».

В конце февраля Антон Ульрих отправился в Бендерский поход со свитой (в том числе пажами) в составе армии Миниха, его отряд из 3 полков принял участие в бою 28 (14) августа 1738 на р. Билочь, отразив атаку турецкой конницы. Вернувшись из бесплодного похода, Антон Ульрих 25 (14) июля 1739 вступил в брак с мекленбургской принцессой Анной Леопольдовной (Мюнхгаузен должен был находиться в свите). По просьбе герцогини Бирон паж Мюнхгаузен был принят в корнеты кирасирского Брауншвейгского полка. 4

Мюнхгаузен - русский кирасир

Послужной список Мюнхгаузена:

  • 4 декабря 1739 - корнет кирасирского Брауншвейгского полка

  • 26 ноября 1740 - поручик того же полка, назначен командовать первой ротой 5

  • 20 февраля 1750 - ротмистр

  • 2 ноября 1750 - отпущен вместе с женой в родной Боденвердер для устройства личных имущественных дел

  • 11 июля 1754 - исключен из состава полка как неявившийся вовремя из отпуска

Ни замечаний, ни наград не имел, в боевых действиях участия не принимал. Иероним фон Мюнхгаузен после отставки не поступал ни в одну из европейских армий. Службой в русском кирасирском полку гордился и был похоронен в повседневном мундире своего полка.

Многообещающее начало карьеры

После смерти Анны Иоанновны 28 (17) октября 1740 престол унаследовал двухмесячный сын Антона Ульриха и Анны Леопольдовны, внучатый племянник Петра I Иоанн Антонович. Но умирающая императрица назначила регентом не мать или отца, а своего фаворита Бирона. Меньше чем через месяц, 20 (9) ноября главнокомандующий Миних арестовал регента. Правительницей провозгласила себя Анна Леопольдовна, и ее муж Антон Ульрих оказался на высшей государственной должности.

Спустя 2 недели после переворота Мюнхгаузен поздравил своего покровителя Антона Ульриха, прибавив, что природная скромность не позволила ему поздравить принца своевременно. Тут о бывшем паже вспомнили. Чтобы угодить правителю, генерал-фельдмаршал П. П. Ласси всего через три дня произвел Мюнхгаузена в поручики. Так он обошел 12 других корнетов, да еще получил в командование первую роту полка - лейб-компанию. Рота была расквартирована в Риге, тогда как сам полк – в Вендене.

Необычайная удача

Вскоре случилась новая перемена во власти, которая могла стоить Мюнхгаузену очень дорого. В ночь с 24 на 25 ноября (6 декабря по новому стилю) 1741 Елизавета Петровна арестовала брауншвейгское семейство и захватила престол. Все семейство со свитой и слугами по высочайшему манифесту было вывезено «в отечество». Но императрица передумала. Кортеж остановили в Риге, у самой границы, и арестовали; адъютант принца Геймбург провел 20 лет в тюрьмах, а сам Антон Ульрих после заключения в крепости умер в ссылке в Холмогорах после 32 лет неволи. Если бы о находившемся в той же Риге Мюнхгаузене вспомнили, его ждала бы сходная участь.

Но барон все же покинул свиту принца 2 года назад. Елизавета проявила милость, подтвердила личным указом его чин поручика и оставила служить в первой роте. Но теперь о быстром продвижении по службе можно было забыть.

Повседневная жизнь поручика первой, показной роты, представляла собой сплошные хлопоты. В сохранившейся повседневной переписке6 Мюнхгаузен выпрашивал оружейные скобки, мундштуки, седла, отправлял в отставку кирасира Василья Пердунова, продавал на аукционе старые кирасирские седла. По три раза в год он сдавал отчеты о «ружье, мундире и амницыи, что годного, негодного, и на место утраченного и непринятого требуетца в добавок, табель», а также о людях, провизии. Кроме того, он вел закупку лошадей "из-за моря" - мощным кирасирам требовались породистые могучие кони. Командир роты отправлял людей на пенсию, аттестуя их на унтер-офицерские должности в драгунские полки; рапортовал коменданту Риги генерал-лейтенанту Еропкину о бегстве двух кирасир с оружием и обмундированием и т. д.7

Встреча с будущей императрицей Екатериной II

Самый яркий эпизод службы барона - встреча на российской границе проезжавшей в Петербург 15-летней принцессы Ангальт-Цербстской Софии Августы Фредерики, будущей императрицы Екатерины II в сопровождении матери, в феврале 1744.

Указ императрицы Елизаветы Петровны о производстве Иеронима фон Мюнхгаузена в ротмистры. Музей Мюнхгаузена в Боденвердере. 1750
Увеличить

Указ императрицы Елизаветы Петровны о производстве Иеронима фон Мюнхгаузена в ротмистры. Музей Мюнхгаузена в Боденвердере. 1750

Они следовали инкогнито, но на границе была устроена самая торжественная встреча. Построенный по этому случаю полк лейб-кирасир, как заметила мать Екатерины II Иоганна Елизавета, был "действительно чрезвычайно красив". На три дня принцессы остановились в Риге, где жили в доме советника Беккера на Зюндерштрассе. Почетным караулом из 20 кирасир с трубачом командовал Мюнхгаузен, он же провожал сани ангальтинок из города в сторону Петербурга.

"Отпущен для его нужд"

Сразу после удачной встречи, 2 февраля 1744, Мюнхгаузен женился на Якобине фон Дунтен, дочери рижского судьи. Брак был счастливым, но бездетным. Многообещающих перспектив у Мюнхгаузена в России не было. Особых заслуг или прегрешений он не имел, без покровителя его продвижение по службе остановилось, и к 1750 он уже был старше всех поручиков своего полка.

Тогда Иероним подал на имя Елизаветы Петровны прошение со словами, что "по тому корпусу старее всех состою". 20 февраля 1750 его произвели в ротмистры, а 2 ноября того же года императрица отпустила "барона" вместе с женой в Ганновер «для его нужд».

Помещик Мюнхгаузен

Сейчас в доме Мюнхгаузена размещается городская администрация. Кабинет бургомистра находится в спальне прежнего хозяина. Настоящий Иероним фон Мюнхгаузен называл своего бургомистра "противный скандалист", и это был самый мягкий эпитет
Увеличить

Сейчас в доме Мюнхгаузена размещается городская администрация. Кабинет бургомистра находится в спальне прежнего хозяина. Настоящий Иероним фон Мюнхгаузен называл своего бургомистра "противный скандалист", и это был самый мягкий эпитет

Ротмистру кирасирского полка Мюнхгаузену дважды продлевали отпуск, чтобы он мог поделить имущество, оставшееся после смерти старшего брата Хилмара и матери, а также гибели одного из младших братьев, Георга Вильгельма Отто, на поле боя в 1747 в бою на территории современной Бельгии. Наконец, Вильгельм Вернер Генрих получил все постройки в Ринтельне, а Иерониму отошла усадьба и угодья в Боденвердере.

Усадьба располагалась на одном берегу рукава реки Везер, а фамильные леса и поля - на другом. Расстояние по прямой составляло примерно 25 метров, а в обход через единственный мост – 1 км. Мюнхгаузену надоело переправляться на барже, он велел своим работникам построить мост. Это вызвало возмущение горожан: по новому мосту в город могли зайти бродяги, а денег на новый пост и дополнительную стражу у города не было. Некий портной возмутил народ, толпа с топорами сорвала настил моста и выбила сваи. Так как мостик был маленький и не соответствовал масштабам собрания, разломали заодно и новый забор усадьбы.

Склоки с бургомистром заполняли жизнь Мюнхгаузена. То его работники пасли скот на городском пастбище, то в залог за неуплату пошлины городской совет забирал свиней, то делили луг за Везером. Ближайшие соседи вызывали у Иеронима только раздражение.

Рассказы в геттингенском трактире и при дворе

Фонтан в Боденвердере. Конь не может напиться, так как при штурме Очакова его задняя половина утрачена
Увеличить

Фонтан в Боденвердере. Конь не может напиться, так как при штурме Очакова его задняя половина утрачена

Вместе с другими помещиками Мюнхгаузен искал убежища от скандалов в охоте и разъездах по стране. Охота была хороша тем, что затягивалась на несколько недель, собиралась огромная компания и можно было отдохнуть душой, сидя вечером за бутылкой хорошего вина. Любимым местом Мюнхгаузена был трактир Рулендера в Геттингене на Юденштрассе, 128.

В жизни прямой и правдивый человек, "барон" обладал особым свойством - когда он начинал рассказывать, то сочинял, терял голову и сам был убежден в правдивости всего, что говорит. В современной психологии такое свойство рассказчика называется "синдром Мюнхгаузена".

По воспоминаниям современников, "обычно он начинал рассказывать после ужина, закурив свою огромную пенковую трубку с коротким мундштуком и поставив перед собой дымящийся стакан пунша… Он жестикулировал все выразительнее, крутил руками на голове свой маленький щегольской паричок, лицо его все более оживлялось и краснело и он, обычно очень правдивый человек, в эти минуты замечательно разыгрывал свои фантазии".

Тем, кто пытался его одернуть и уличить во лжи, другие слушатели объясняли, что рассказчик не в себе и просили не мешать ему. Мюнхгаузен в присутствии аудитории испытывал вдохновение и говорил так, что его собутыльники воочию представляли все, о чем он говорит, даже если в это нельзя было поверить.

Однажды молодые офицерики - постояльцы трактира - стали хвастать своими успехами у дам. Мюнхгаузен скромно сидел в стороне, но все же не выдержал и сказал: «То ли дело – моя поездка в санях, которую я имел честь совершить по приглашению русской императрицы…» И далее поведал о гигантских санях с покоями, залом для балов и комнатами, где резвились молодые офицеры с придворными дамами. В каком-то месте разразился общий смех, но Мюнхгаузен продолжал совершенно спокойно, а закончив, молча доел обед.

Между тем в основе рассказа всегда лежало подлинное происшествие. Екатерина II в самом деле путешествовала в огромных санях с кабинетом, спальней и библиотекой. Другая байка, опубликованная первой, - о куропатках, простреленных шомполом, - еще реалистичнее. Мюнхгаузен сам был свидетелем происшествия на смотре в августе 1739. У одного солдата выстрелило ружье, забитый в дуло шомпол вылетел с силой и раздробил ногу лошади принца Антона Ульриха. Лошадь и всадник упали наземь, принц не пострадал. Об этом случае нам известно со слов британского посла, в подлинности его служебного донесения нет оснований сомневаться.

Мюнхгаузен сделался такой знаменитостью, что его стали приглашать ко двору курфюрста. "Барона" подбивали что-нибудь рассказать, и едва он начинал, все тут же замолкали, чтобы не спугнуть его вдохновения.

Литературная слава

Мюнхгаузен вытягивает себя из болота за волосы. Иллюстрация Гюстава Доре
Увеличить

Мюнхгаузен вытягивает себя из болота за волосы. Иллюстрация Гюстава Доре

Барон не помнил, что говорил, и потому был в ярости, когда увидел свои рассказы напечатанными.

Первая книга вышла в 1761 году анонимно в Ганновере под названием «Sonderling» (Чудак).9Аноним, граф Рохус Фридрих Линар (Rochus Friedrich Lynar), жил в России в одно время с бароном. Три его рассказа - о собаке с фонарем на хвосте, о простреленных шомполом куропатках и о гончей, ощенившейся на бегу в погоне за зайчихой, - вошли потом во все сборники. Автор не называл имя рассказчика, просто говорил, что это поведал ему один знакомый, мастер "охотничьих рассказов".

Через 20 лет, в 1781, в Берлине вышел «Путеводитель для веселых людей», где 18 рассказов излагались уже от имени вполне узнаваемого "М-н-х-з-на".10 Уже престарелый барон сразу узнал себя и понял, кто это мог написать, - он кричал на каждом углу, что "университетские профессора Бюргер и Лихтенберг опозорили его на всю Европу". Уже это издание изрядно обогатило геттингенских книготорговцев.

Но самое печальное было впереди: в начале 1786 историк Эрих Распе, уличенный в краже нумизматической коллекции, бежал в Англию и там, чтобы достать немного денег, написал на английском языке книгу, которая навсегда ввела барона в историю литературы, "Рассказы барона Мюнхгаузена о его чудесных путешествиях и кампаниях в России" 11. За год "Рассказы" выдержали 4 переиздания, и в третье издание Распе включил первые иллюстрации.

Еще при жизни "барона" вышло русское издание. В 1791 был опубликован сборник «Не любо не слушай, а врать не мешай» без имени барона; из цензурных соображений были опущены новеллы с описанием нравов русских военных и царедворцев.


ИСТОРИИ ПРО УТОК:

Однажды утром, подойдя к окну, я заметил на пруду диких уток.

Мигом схватил я ружьё и сломя голову выбежал из дому.

Но впопыхах, сбегая с лестницы, я ударился головою о дверь, да так сильно, что из глаз у меня посыпались искры.

Это не остановило меня.

Я побежал дальше. Вот наконец и пруд. Прицеливаюсь в самую жирную утку, хочу выстрелить и, к ужасу моему, замечаю, что в ружьё нет кремня. А без кремня невозможно стрелять.

Побежать домой за кремнём?

Но ведь утки могут улететь.

Я печально опустил ружьё, проклиная свою судьбу, и вдруг мне пришла в голову блестящая мысль.

Изо всей силы я ударил себя кулаком по правому глазу. Из глаза, конечно, так и посыпались искры, и порох в то же мгновение вспыхнул.

Да! Порох вспыхнул, ружьё выстрелило, и я убил одним выстрелом десять отличнейших уток.

Советую вам всякий раз, когда вы вздумаете развести огонь, добывать из правого глаза такие же искры.

 

УДИВИТЕЛЬНАЯ ОХОТА

Впрочем, со мною бывали и более забавные случаи. Как-то раз я пробыл на охоте весь день и к вечеру набрёл в глухом лесу на обширное озеро, которое так и кишело дикими утками. В жизнь свою не видел я такого множества уток!

К сожалению, у меня не осталось ни одной пули.

А я как раз этим вечером ждал к себе большую компанию друзей, и мне хотелось угостить их дичью. Я вообще человек гостеприимный и щедрый. Мои обеды и ужины славились на весь Петербург. Как я вернусь домой без уток?

Долго я стоял в нерешительности и вдруг вспомнил, что в моей охотничьей сумке остался кусочек сала.

Ура! Это сало будет отличной приманкой. Достаю его из сумки, быстро привязываю его к длинной и тонкой бечёвке и бросаю в воду.

Утки, увидев съестное, тотчас же подплывают к салу. Одна из них жадно глотает его.

Но сало скользкое и, быстро пройдя сквозь утку, выскакивает у неё позади!

Таким образом, утка оказывается у меня на верёвочке.

Тогда к салу подплывает вторая утка, и с ней происходит то же самое.

Утка за уткой проглатывают сало и надеваются на мою бечёвку, как бусы на нитку. Не проходит и десяти минут, как все утки нанизаны на неё.

Можете себе представить, как весело было мне смотреть на такую богатую добычу! Мне оставалось только вытащить пойманных уток и отнести к моему повару на кухню.

То-то будет пир для моих друзей!

Но тащить это множество уток оказалось не так-то легко.

Я сделал несколько шагов и ужасно устал. Вдруг – можете себе представить моё изумление! – утки взлетели на воздух и подняли меня к облакам.

Приключения барона Мюнхаузена (с иллюстрациями) - n9.png

Другой на моём месте растерялся бы, но я человек храбрый и находчивый. Я устроил руль из моего сюртука и, управляя утками, быстро полетел к дому.

Но как спуститься вниз?

Очень просто! Моя находчивость помогла мне и здесь.

Я свернул нескольким уткам головы, и мы начали медленно опускаться на землю.

Я попал как раз в трубу моей собственной кухни! Если бы вы только видели, как был изумлён мой повар, когда я появился перед ним в очаге!

Приключения барона Мюнхаузена (с иллюстрациями) - n10.png

К счастью, повар ещё не успел развести огонь.